Вход
Вход
ВСЕ
Редакция
Интервью GL
Опыты
Категории
Поиск
Редакция: Наши люди

Литературный детектив

Для чего вы читаете? У меня столько целей, что и не перечислить. Прежде всего, разумеется, это удовольствие. В чём не откажешь книгам, так это в умении будить ваше воображение. Яркие картинки, сотканные из слов, вы – режиссёр собственного кинофильма. Вторая цель – польза. А вот это для меня имеет особое значение, так как я и сама пишу романы. Вот, например, происходит у меня действие в итальянском оперном театре девятнадцатого века, приходится искать литературу по всем библиотекам, по всем сайтам. Или заказывать букинистическую, как вышло с книгой про театр Ла Скала (не так много про него литературы на русском языке). Ну и третья цель, самая странна из всех и при даже приложив усилия её не достигнешь, такое получается только случайно. А именно – побыть книжным детективом, распутывая не придуманные , а вполне реальные загадки.

Поиск литературных тайн – это затягивающая игра, потому что всё, что тебе понадобится для твоей роли  детектива – ещё немного книг. Я люблю подростковую литературу на английском языке (вот на фотографии моё лёгкое летнее чтение - фэнтези-история о мальчике, который обижал двоюродную сестру и был в отместку заколдован), но попадись мне подобный «литературный детектив», как я откладываю все дела и все иные развлечения  в сторону.

Одним из таких «литературных детективов» является «Гарри Поттер». О том, что главный волшебник Альбус Дамблдор ведёт с Гарри хитрую игру, основанную на тех знаниях, которые есть у персонажей, но нет пока у читателей, догадывались не все, но паре девушек с российского фанатского сайта удалось «расшифровать» текст романов и задолго до выхода последней части предсказать финал, который оказался неожиданным для громадного числа поклонников, но не для тех, кто уже заранее был посвящён в разгадку.

Существует книга «Квинканкс» Чарльза Палиссер. Она не слишком известна, хотя переводилась на русский язык. Автор писал её порядка двенадцати лет, так и не указав единый способ, как надо трактовать происходящие в книге события. Фанаты отмечают три возможных линии интерпретации сюжета. Эту книгу стоит читать с карандашом, отмечая, до чего ты сам сумел догадаться.

Ну и, разумеется, король скрытых смыслов – роман девятнадцатого века «Поворот винта» Генри Джеймса. Туманные, но захватывающие события получили десятки трактовок в различных экранизациях.

Но это всё речь о книгах, где авторы сознательно играли с читателем. А ведь можно попытаться «поговорить  сквозь поколения» с теми писателями, которые оставили не столько вешки для внимательного читателя, сколько отпечатки своих размышлений, своего мироощущения, своего понимания мотива персонажей.

Этим летом я читала собрание сочинений Стругацких. Началось всё с романа «Отель «У погибшего альпиниста». Так как книга уже действительно очень старая, то я не буду чувствовать свою вину за то, что проспойлерю вам сюжет. Детектив обращается в фантастику и выясняется, что вместо убийств в отеле стоит расследовать действия инопланетян. Братья Стругацкие оставили немало фраз и слов  для того, чтобы читатели пожалели инопланетян. Но я задалась вопросом: а не является ли это тоже некоторой литературной игрой? Читателя с одной стороны устами героев навязчиво заставляют встать на сторону пришельцев, а с другой – исподволь сложившимися ситуациями убеждают в эгоизме этих персонажей. 

Одна и та же мысль периодически повторяется в тех или иных вариациях практически в любых книгах Стругацких: стоит инопланетянам вмешаться в цивилизацию, которая стоит на низшей ступени развития, как это приводит зачастую не к лучшим, а к худшим последствиям. Читая всё подряд в хронологическом порядке, можно раскрыть основы мировоззрения авторов, философское переосмысление мира. За кого бы люди приняли инопланетного пришельца?  За бога? Нет, не обитатели далёкой планеты, как в романе «Трудно быть богом», а наши с вами «соотечественники», обитатели Земли.

Но можно ли не ассоциировать себя с представителями иных цивилизаций и не помогать другим? Где проходит грань рациональности и необходимого эгоизма? Насколько тот, кто является «богом» одного мира, останется при этом человеком? Это не просто случайное совпадение, случайная мысль в произведениях братьев, по сути это философские мысли не о вымышленных мирах, а о нашей реальности.

Другие книги этим летом у меня тоже были. Детектив Кейт Аткинсон не заинтересовал – ни интересной интриги, ни захватывающего повествования. Переизбыток деталей лично для меня похоронил эту книгу, хотя не могу не отметить сочных и запоминающихся персонажей. За последние годы я могу только Гиллиан Флинн отметить, как идеального (ну, по крайней мере, для меня) автора детективов.

А вот книга Сальвадора Дали захватила чуть больше. Потому что для меня он тоже является «объектом исследования». Правда, моим «подозреваемым» он является так давно, что особых тайн уже не составляет. Этот человек создавал миф о самом себе, врал биографам, в своей же т.н. «автобиографии». Даже назвал соответственно одну главу – «Воспоминания, которых не было». Сопоставление фактов, сюжетов его собственных картин, мемуаров его знакомых, уже давно помогло мне увидеть не придуманный и созданный им самим образ, а реальный. Вместо эпатирующего  общество хулигана предстал тонко чувствующий и очень умный человек, который за маской, состоящей из каскада высказанных или совершённых непристойностей, сумел скрыться от толпы. Теперь лишь дело за тем, а стоит ли мне отдавать дело в «суд», то есть писать статью, предлагать её сайтам о Дали… Хочу ли я, чтобы его «тайна», его душа предстала перед всеми обнажённой, когда он всю жизнь прятал её? Вот тут верным ответомдля меня долгие годы  является отрицательный. За эти годы, которым я занимаюсь «делом Дали», я успела бесконечно сильно полюбить не только его живопись, но и самую сущность этой неординарной личности, потому это «дело» отложено до той поры, пока я не решу для себя окончательно – хотел бы сам Дали такой правды о себе после своей смерти: предстать перед толпой не безумцем, а гением.

Но в этом году мне предстояло открыть загадку и посерьёзней. На встрече с известной писательницей ЕкатеринойКоути (она российский писатель, но живёт в Америке, бывая в России наездами), которая специализируется на псевдовикторианских детективах, она узнала, что я люблю читать по-английски и подарила мне книгу «Друд» Дэна Симмонса на английском языке. Это художественная вариация на тему книги Диккенса «Тайна Эдвина Друда». Принимая книгу и благодаря за подарок, я ещё не знала, что моя карьера литературного детектива обрела главное дело своей жизни.

Роман Диккенса является неоконченным, но вовсе не потому, что Диккенс так и планировал. Садясь за создание своего первого детективного романа, он не знал, что эта книга станет его и последней. Книги Диккенса печатались не так, как у других писателей, то есть когда они были полностью готовы, они издавались в журнале по частям (кстати, по этой методике выходили и другие книги многие годы; даже любимый в нашей стране роман «Двенадцать стульев» писался по мере выхода журнальных номеров). Половина книги Диккенса была уже позади, сюжет как раз сделал неожиданный поворот, в романе появился новый загадочный персонаж и… И тут случилась трагедия. Уже переживший год назад микроинсульт Диккенс, почти дописавший новую партию глав для журнала, во время обеда упал без сознания и более не вышел из комы. Детективный роман остался без развязки.

До того, как приступить к книге Симмонса, я, наконец, прочитала этот неоконченный диккенсовский роман, по ходу отмечая возможные вариации развития сюжета. Остановившись (сложно сказать «дочитав», если роман обрывается практически посреди страницы), я залезла в интернет, чтобы проверить свои выкладки и увидела, что моих результатов - нет! Вот тут я и поняла, что это не просто «дело», а, возможно, главное литературное «дело», которое мне когда-либо попадалось за мою жизнь. Когда практически у каждого классического романа «с тайной» (как у уже упоминавшегося «Поворота винта») есть своя армия «интерпретаторов», то одна из самых загадочных книг одного из самых видных писателей Англии осталась без серьёзной работы исследователей. Во многом виноват председатель диккенсовского общества Дж. К. Уолтерс, выпустивший спустя некоторое время после смерти писателя свой взгляд на концовку. Самое странное, что в своём «объяснении» Уолтерс допустил не только большое количество логических промашек (а это не только моё мнение, но и любого исследователя, кто когда-либо трудился над сочинениями Диккенса), но и сослался на те литературные методы, которые не были свойственны Диккенсу. Вторая странность – именно это объяснение стало «классическим» и даже стало основой для двух экранизаций (одна из них советская).

Третья странность произошла спустя много лет. Другой известный писатель  Гилберт Кит Честертон вместе с диккенсовским обществом организовал т.н. «суд», во время которого зачитывались «доказательства» вины и невиновности одного из наиболее подозрительных персонажей книги. И снова практически роковое стечение обстоятельств. Бернард Шоу, который не любил книгу и сперва демонстративно не хотел принимать участие в действе, внезапно возглавил «суд присяжных» и вынес «вердикт» (даже не посоветовавшись с остальными), подтверждающий версию Уолтерса.

Десятилетие за десятилетием тайна защищала сама себя, оставляя заниматься собой только дилетантам, пока не оказалась вся такая же, как была и сто пятьдесят лет назад, на экране моей электронной книги. Один из главных приёмов классического произведения (практически любого) состоит в том, что основания для концовки заложены уже в начале. Не так важно, каким образом автор будет вести к логическому завершению, но чтобы читатель не сомневался в логике, основания должны быть даны ещё в начале произведения.

За несколько дней, пока я решала тайну, я видела, как разрозненные факты выстраиваются в одну цепочку. Я могу сказать, чем должен был закончиться роман. У меня есть доказательства в самом тексте. Но достаточно ли их? Увы, нет. Я проглотила роман Симмонса. Я читаю всё, что было когда-либо издано об этой загадке и нахжу материалы даже на русском языке, потому что в России есть своя группа почитателей романа, желающих найти решение. Мне нужны неоспоримые доказательства. Фразы из писем Диккенса. Точное описание его художественного метода. Я как адвокат, готовящийся к процессу. Потому что я действительно готовлюсь к «суду». Как будет проходить этот «суд»? Да, мне бы хотелось чего-то яркого, целого театрального действа, которое в своё время затеял Честертон, с привлечением писателей нашего времени в качестве присяжных, в конце концов, такой наш известный литератор, как Дмитрий Быков, тоже интересовался этой загадкой. Но, увы, должно быть, я смогу только написать статьи. И значит, чёрт возьми, эти статьи обязаны быть убедительными. Моё дело. Моя тайна. Которую мне предстоит открыть. 

14 октября 2015, в 22:45
Просмотров 422
Комментарии
Чтобы комментировать, нужно войти.