Остров Любви. Часть Вторая. Любовь



   Тот, кто любит так сильно, 
что хотел бы любить в тысячу раз сильнее,
всё же любит меньше, нежели тот, кто любит сильнее, чем сам того хотел бы.
                           Жан де Лабрюйер

Да, эхо прошлого бессмертно,
Его не заглушить векам.
Уходит время незаметно,
И мы уйдём, но не бесследно – 
Ведь каждому шанс в жизни дан.

                      ***

Который день, с Мариной рядом,
Жан не мечтает ни о чём.
А больше ничего не надо,
Ведь лучшая из всех награда –
Что есть она. Она и он.

Но жизнь была бы уж не жизнью,
А, может, чем-нибудь другим,
Коль не была б она капризной,
И не дарила бы «сюрпризы»,
А было всё, как мы хотим.

Так и тогда. Пришла Марина,
Плохие вести принесла:
«Меняется любви картина –
Приехал муж мой нелюбимый,
Которого я предала».

«Ты каешься?» «О, нет, любимый!
Я разговор веду к тому,
Да, я грешна, я не богиня.
Любовь с ним, словно дождь в пустыне –
Не может быть и ни к чему.

Но всё-таки, смотреть как буду
В его лицо, в его глаза?
С ним говорить, ходить повсюду?
И лгать, и лгать – как это трудно».
А по щеке текла слеза.

И Жан не знал, что ей ответить,
Как успокоить, что сказать.
В его душе метался ветер.
Никто не даст ему совета.
Но он не думал отступать.

«Не нужно плакать, дорогая,
Бывает трудно – се ля ви.
То мы находим, то теряем.
Найдётся выход – уверяю,
Нам для спасения любви».

«Ну, я пойду, быть нужно дома,
Ведь муж мой ждёт меня домой.
Сказала, что иду к знакомой.
Прощай! Не знаю, свижусь снова ль
С тобою, милый рыцарь мой».

***

Она ушла. А вместе с нею
Ушли и радость и покой.
И небо ясное темнеет.
И день прошёл. Уж вечереет.
Мир стал как будто бы пустой.

«Отец, скажи мне, как же быть?
Что делать? Как же это сложно -
Чужую женщину любить,
И иногда лишь с нею быть,
А быть всё время не возможно».

«Что я могу, сынок, сказать? -
Ты не нуждаешься в совете –
Ты сам решил всё выбирать,
Тебе и самому решать,
Как дальше жить на белом свете».

И снова в одиноких днях
Был дома Жан, не знал что делать.
Он вспоминал о прошлых днях,
Когда участвовал в боях,
Бросая смерти свое тело.

Там было проще, чем сейчас –
Был виден враг и поле боя.
И от тяжёлого меча
Враг падал, в ужасе крича…
А здесь не так. Здесь всё иное.

«И я не знаю делать что?
Как сделать так, чтоб быть с ней рядом?
Чтоб плыть вдвоём с ней далеко,
И гладить кожу ей рукой,
И утонуть в любимом взгляде…»

Но мысли кто-то, вдруг, прервал:
«К тебе приехал гость желанный».
«Марина?!» - «Ты не угадал,
Но гостя этого ты ждал».
И в дом вошёл друг Жана давний.

«О, Клод! Мой друг! Не сплю ли я?!
Дай, обниму тебя при встрече!»
(Жан с Клодом давние друзья,
И закалённые в боях,
Друг другу подставляли плечи).

«Ну, расскажи мне, друг мой Клод,
Как жил вдали ты дни и ночи?»
«Женился. Скоро уже год.
Любовь у нас в семье живёт,
И счастливы с женой мы очень.

Она красива и нежна – 
Тебе такая не встречалась.
Меня встречает у окна.
Я приезжаю и она
Мне говорит: « Я так скучала»!

Ну что ж поехали ко мне,
Живу теперь я в новом доме.
Тебя представлю я жене».
И, оседлав своих коней, 
Они помчались по дороге.

                 ***

Вот, наконец, одна, без мужа,
Марина погулять пошла.
Чтоб песни птиц в лесу послушать.
Быть может, песни те заглушат
Тоску, что в сердце больно жгла.

 «Мой милый Жан, любимый рыцарь,
Так одиноко мне одной.
Разлука очень долго длиться,
Лицо твоё все ночи снится.
Побыть хотя бы миг с тобой!
И застонать под силой рук,
И закричать от наслажденья.
И умереть от ласки губ,
Твой телом слышать сердца стук,
Всю жизнь отдать, лишь, за мгновенье!»

Слышны, вдруг, стали голоса,
Невдалеке, за поворотом.
Она не верила глазам – 
Пред нею появился Жан, 
Но только с её мужем, Клодом.

И Жан в тот миг оторопел – 
Он, наконец, с ней повстречался.
«Марина!»- крикнуть он хотел,
Но почему - то не сумел,
А может быть и побоялся.

Глаза наполнены тоской.
Она фальшиво улыбалась.
«Ну, здравствуй, Клод мой дорогой,
Как раз иду уже домой».
И говорила притворяясь.

Жан думал про себя «Зачем?
Зачем ведёт себя так странно?
Быть может, я обидел чем?
Иль стал я ей уже не тем - 
Не победителем желанным?»

«Знакомься, Жан,- жена моя,
Тебе о ней я рассказал».
На землю спрыгнул Жан с коня,
К ней подошёл, взор не подняв,
И руку ей поцеловал.

«А это Жан, друг старых лет,
Плечо к плечу мы с ним росли.
Он приглашён мной на обед.
Надеюсь, возражений нет?
Да, кстати, мы уже пришли».

(Мне даже трудно передать
Все чувства Жана в это время –
Никак не мог того понять,
Как жизнь смогла с ним так сыграть,
И он глазам своим не верил.)

Но все же вида не подал,
Хоть кое- как, но улыбнулся.
Он только думал и молчал,
Как он жалел, что он не спал.
«Чтоб сон прошёл, и я проснулся».

«Ну вот, пришли – мы здесь живём,
Слезай с коня, пойдём со мною».
Жан посмотрел на Клода дом - 
Сей дом уж был ему знаком,
Здесь упивался он любовью.

Марина в комнату одна
Ушла, чтобы переодеться.
Она, вдруг, стала так бледна,
Как будто белая луна.
В груди же сильно билось сердце.

Слеза сомненья душу рвёт.
«Что будет дальше, после встречи?
Вдруг Жан уж больше не придёт,
И в сердце он любовь убьёт,
Любви ко мне задует свечи?»

Горит камин, трещат дрова,
А за столом идёт беседа.
Вином кружится голова
И произносятся слова –
Вопросы с поиском ответа.

Жан в мыслях думал о другом,
Уж на Марину не смотрел он.
И сердце покрывалось льдом.
Он ненавидел этот дом
Своей душой и своим телом.

«Зачем Марина мне лгала?
Какую роль во всём играю?
Вначале мне любовь дала,
Затем её отобрала.
Я ничего не понимаю…»

А Клод рассказывал о том,
Как познакомился с Мариной.
Как он зашёл с её отцом.
«Она сидела пред окном,
Любуясь солнечной картиной.

Какой она была красивой,
Такой же, впрочем, как сейчас,
Такою юной, доброй, милой.
Меня так страстно полюбила.
Я был пленён сияньем глаз».

Но Жану было всё равно, 
Он больше Клода речь не слушал.
Он только верил, лишь, в одно - 
В любви сиянье глаз её.
А лживых слов ему не нужно.

Марина слушала всю ложь,
Но ничего не говорила.
По телу лишь бежала дрожь.
«Коль лжёт он другу - ну так что ж.
Лишь бы не верил ему милый».

«Прошу прощения у вас,
Но я, как будто, захворала.
Уже довольно поздний час, 
Я спать хочу. Оставлю вас».
И мужа не поцеловала.


И вот, когда уже не первый
Клод осушил бокал с вином,
Расслабились немного нервы,
Сказал он: «Знаешь, друг мой верный,
Послушай нечто о другом.

Я лгал тебе весь этот вечер -
Прошу прощенья твоего.
Чтоб не испортить первой встречи
Я лгал. Мне становилось легче…
На самом деле всё не то.

Союз с женою не сложился,
Любовь зажечь мы не смогли…»
Жан откровенно удивился:
«Зачем тогда же ты женился,
Когда меж вами нет любви?!»

«Женился как-то торопясь,
Она красива – ну так что же?
Но не было любви у нас.
Она в любви мне не клялась,
И я не клялся, впрочем, тоже.


Ах, друг мой, что тут говорить,
Открыл я душу пред тобою.
Уж ничего не изменить,
Смогу её, лишь отпустить –
Пускай живёт своей судьбою.

Давай на этом прекратим,
Я не пойму, зачем я начал?
Я уж не тот, я стал другим,
Я видел счастья только дым,
Не повстречался я с удачей».

«Ну ладно, Клод, мне уж пора.
Давно уж ночь. Домой уж нужно.
Возьму я своего коня,
И сам уеду со двора,
А провожать меня не нужно».

«Прощай!» - Он Клоду лишь сказал.
И вышел прочь из его дома.
Коня Жан быстро оседлал,
И прямо в ночь он ускакал,
Лишь бы не видеть друга снова.

Нет, Клод не стал ему врагом,
Хотя и лгал он о Марине.
Жан думал только лишь о том,
Что уж не видит друга в нём –
Клод просто стал чужим отныне.
 
                 ***

Отец его ещё не спал,
Когда вернулся Жан домой.
«Отец! Ведь ты всё это знал!
Но почему ты не сказал,
Что у Марины муж - друг мой?!»

«Я говорил тебе не раз,
Чтоб ты, сынок, сперва всё взвесил.
Попал ты в плен прекрасных глаз.
И в чём меня винишь сейчас?
Лишь в том, что ты сейчас невесел?

Я говорил – ты сам судья
Своим поступкам и желаньям.
Сынок, меня винишь ты зря,
Тебя ведь, Жан, толкал не я,
Когда спешил ты на свиданья.

Послушай, Жан, иди-ка спать.
Забудь про всё. Спокойно выспись.
Сейчас же нечего решать,
А лучше что-то предпринять,
Когда свободны твои мысли».

Жан крепко спал, не видя снов,
Он так устал за этот вечер.
Когда он спал, то был таков,
Что будто он не спит, а мёртв,
В руках, лишь, не горели свечи.
 
                 ***

Уже неделя пробежала.
Вдруг кто-то постучал в окно.
Служанка Клода там стояла,
И Жану в руки передала, 
От госпожи своей письмо:

«Приди к реке, тебя я жду.
Хочу побыть с тобою рядом.
Коль разлюбил – то я уйду,
Но жить так больше не могу – 
Жизнь без тебя сравнима с адом».
И Жан пришёл в тот день к Марине,
Она его уже ждала.
Красива, словно на картине,
Как ангел, но под небом синим.
И снова в нём пожар зажгла.

«Мне жаль, быть может эта встреча
У нас последняя. Но я
Любить тебя, Жан, буду вечно,
С тобою быть в снах бесконечных,
И просыпаться без тебя.

Как грустно мне, что так случилось.
Наверно ты не веришь мне.
И вся любовь твоя разбилась.
Ах, если б что-то изменилось,
Хотя бы миг в моей судьбе.
 
Мой муж всё лгал! Ни слова правды -
Всё, что тебе он рассказал!
Не верь ему. Не верь, не надо!
Побудь со мной немного рядом».
И нежно Жан её обнял.

«Марина, милая, родная!
Не разлучить нас никому.
Ты не лгала - я это знаю.
Я без тебя не представляю,
Как можно жить мне одному?!»

«Но как же быть? Ведь друг он твой.
Как скажешь ты, что меня любишь?
Коль ты останешься со мной -
То будешь другу лгать, родной,
И имя ты своё погубишь».

Давай забудем обо всём,
Про все обиды и печали.
Подумаем про всё потом.
Давай побудем лишь вдвоём,
Как мы с тобой давно мечтали».

«О, милый мой, я так ждала,
Что снова буду я с тобою.
Ты будешь говорить слова,
Постелью будет нам трава,
В ней насладимся мы любовью».

И губы их в тот миг слились
В одном медовом поцелуе.
И всё сомненья унеслись.
Мгновение, остановись! -
Лишь об одном тебя прошу я!

Дыханье стало учащённым,
А время потеряло ход.
Ничто не нужно двум влюблённым,
Лишь ласки рук тел обнажённых.
А мир и люди – всё не в счёт.

Марина сладостно стонала,
И Жана стоном тем пьяня.
Она в истоме закричала,
И об одном, лишь, умоляла:
«Мой милый Жан, возьми меня!»

Но Жан ласкал её руками,
Марина в сладостной истоме,
Смотрела пьяными глазами.
Он разжигал сильнее пламя,
И всё слилось в едином стоне.
Всё тело, в схватках наслажденья,
Марины нежно изгибалось.
И нежность слова, рук движенья.
В Марине кончилось терпенье,
Она лишь Жана умоляла:

«Не мучь меня, любовь моя!
Возьми меня! Я умоляю!
Нет больше силы у меня - 
Я чувствовать хочу тебя
В себе, мой Жан! Я умираю…»

И Жан Марину нежно взял,
И слились с неё в едином целом.
И грудь ей нежную ласкал,
И губы страстно целовал.
Во сласти растворилось тело...

                  ***

День свежий снова наступил,
Огонь уж растворил свечу.
И Жан посланье получил,
В котором текст написан был:
«Всех рыцарей зовём к мечу!»
«Марина, милая моя,
С тобою нужно объясниться.
В поход с мечом ухожу я.
Я буду завтра у ручья,
Когда поднимется зарница».

К себе слугу Жан подозвал,
И описал ему картину –
Чтоб он посланье передал -
Но только чтоб никто не знал,
Прислуге госпожи Марины.

Рассвет. И Жан Марину ждёт.
Она пришла без опозданья.
« Я завтра ухожу в поход,
Не знаю, что меня там ждёт…
Приди ко мне ты на прощанье».

«Да, я приду, любимый мой,
Чтоб проводить, а не прощаться.
Ты не погибнешь, мой герой.
А если нет- то я с тобой -
Зачем одной мне оставаться»?

                   ***

Был вечер. Жан Марину ждал.
Она уже должна быть рядом.
Но в двери Клод, вдруг, постучал.
«Кого-кого, его не ждал –
Как раз его-то и не надо».

«Отец, скажи, что меня нет.
Что я уехал, мол, в дороге.
Что буду, как придёт рассвет,
Куда уехал я - секрет.
И пусть уходит он с порога»!

А сам тем временем в окно,
Жан прыгнул, чтобы Клод не видел.
Хоть вечер был, но не темно.
«Какого чёрта принесло?!»
В миг этот Клода ненавидел.

И вот Марину увидал.
Она его поцеловала.
Жан подошёл к ней и сказал:
«Твой муж пришёл, как будто знал,
Нечистая его послала!»

«Ах, что же делать, милый мой?
Я не хочу, чтоб он всё понял».
«Нет, мы пойдём другой тропой.
Он не разлучит нас с тобой,
Хочу побыть с тобой сегодня».

Как будто волею судьбы
Клод появился так некстати.
И конь его стал на дыбы,
Но Клод совсем спокойным был,
И слов напрасно он не тратил.

Клод слез с коня, к ней подошёл,
И Жану слова не промолвил.
Взяв под руку её, повёл,
А Жан за ними не пошёл,
Остался он, стоять в безмолвье.

«Вот это да! Ну как же так!?
Ну что же делать? – я не знаю!
Мой Бог! Какой же я дурак!
Я не герой, а так - пустяк,
Я ценности не представляю!»

И, оседлав коня, помчался
К себе домой - куда ещё?
Он сам с себя весь путь смеялся,
Навек с надеждой распрощался.
Он уступил её. И всё.

Отец встречал у дома Жана.
Увидел – сын один, спросил:
А где же та, что так желанна?
Ты расскажи мне без обмана,
Неужто, сын мой, разлюбил?

«О, нет, отец, здесь всё сложнее.
Не знаю я как поступить.
Я представленья не имею,
Что делать мне, когда муж с нею,
Я не могу без неё жить!

Мы шли ко мне другой тропою,
Чтоб Клод не видел нас вдвоём.
Но появился предо мною
Клод. Ей сказал: «Пойдём со мною!»
А я как будто не причём.

«Сынок, тебе скажу одно я -
Отнюдь не прав ты был тогда.
Всегда ты будь самим собою,
Веди себя всегда достойно.
Проблем не бойся никогда.

Ты показал ему, что любишь
Жену его – так наступай!
Ты либо с Клодом дружбу сгубишь,
Или с Мариной рядом будешь.
То, что важнее – выбирай».

В миг тот же сел Жан на коня
И поскакал к одной на свете.
Спешил он до заката дня.
Он мчал, животное гоня.
На том же месте их и встретил.

Марина рядом с Клодом плачет.
Жан подошёл к ней и сказал:
«Мы здесь вдвоём – кто больше значит
Клод или я? И не иначе!
Скажи, кому твой выбор пал?»

«Жан, что с тобой? Чего ты хочешь?
С Мариной хочешь говорить?
Она жена мне, между прочим,
Мы вместе будем этой ночью.
Вот так, друг мой. Прошу простить!»

Марина, ни сказав, ни слова,
Лишь плакала, взор опустив.
«Ты не молчи! Скажи хоть слово!
Коль нет – то не приеду снова,
Увы, о прошлом не забыв!»

«Скажи ему, ведь так бывает,
Что представляет из себя.
Быть может, Жан тогда узнает,
Что он не в ту игру играет.
Ну, говори! Ответ жду я!»

Вновь не сказав ему ни слова,
Лишь плакала свою печаль.
Жан не сказал ничто иного,
Лишь: «Не увижусь с тобой снова.
Я уезжаю!» «Уезжай!»

«О, Боже мой! Вот так потеря! -
Жан думал по пути домой – 
Любви открыты были двери,
А я, дурак, словам поверил – 
«Жан, как мне хорошо с тобой!..»»

Жан дома был чернее ночи.
Отец заметил это в нём: 
«Дела, смотрю, твои не очень.
Ты расскажи мне, если хочешь,
В чём, сын, печаль твоя?» «Ни в чём.
 
Я пред походом взволновался».
«Не лги мне, Жан. Ты никогда
Таким не был. Ты с ней расстался?
Сказала «нет» - и ты убрался?
Я прав, сынок? Скажи мне…» «Да.

Я ей сказал, чтоб выбирала –
Кто нужен её – Клод или я.
Она сначала помолчала,
Потом же всё-таки сказала,
Что выбирает не меня».

«И это все твои слова,
Что ты сказал ей?! Да, немного.
Твоя затмилась голова.
Она, конечно же права.
Ты не суди её так строго.

Ты сам подумай и пойми,
Всё взвесь. Ты вдумайся в картину:
Живёт она, ведь, в доме с ним,
А дом является-то чьим?
Его. И в этом вся причина.

Представь, сказала бы она
Слова, которых не сказала –
Что больше Клоду не жена,
И что в тебя, Жан, влюблена.
И что тогда бы с нею стало?

Он выгнал бы её – и всё.
А жить-то где ей? - Жить-то негде.
Ты взял бы за руку её,
И к нам домой её привёл,
И здесь бы жили с нею вместе.

Твоя сейчас кровь горяча,
Но голову терять - не повод.
Не стоило «рубить с плеча»
И говорить любви «Прощай!»
Сначала мысль – потом, лишь, слово».

«О, Боже мой! Как я жесток!
О, как же глуп я и бездарен!
Я думал, знаю в жизни толк,
А вышло всё наоборот –
Я сам горю в своём пожаре!

Отец, спасибо за слова!
Я понял всё, отец! Спасибо!
Марина всё-таки права.
Моя затмилась голова.
Сейчас вернулась моя сила.

Я завтра ухожу в поход,
А на душе сияет солнце,
В том, что печаль моя уйдёт,
Что здесь меня Марина ждёт,
И снова к нам любовь вернётся!»
 



            
       ***

Марина плакала всё время.
О, как ей было тяжело!
И на душе такое бремя.
«Мне тяжело прожить мгновенье,
Когда со мною нет его!

Увы, всё кончилось так скверно,
Он больше не придёт ко мне.
И всё вокруг мне стало бренно,
И я умру в тоске, наверно,
Мне без него не милый свет».

                   ***

Наутро латы одевая,
Жан подозвал к себе слугу.
«В поход сегодня уезжаю, 
Вернусь ль обратно – я не знаю.
Но попросить тебя хочу.

Чтоб ты отнёс моё посланье
Туда, куда уже носил.
И передай ей на прощанье,
Что говорил ей «До свиданья»,
И что о ней я не забыл».
Жан, уходя с отцом простился,
Сел на коня и поскакал.
В себе он, почему-то, злился –
К Марине так и не явился,
Что будет дальше – он не знал.

***

И вот, все рыцари собрались,
Пошли, чтоб встретиться с врагом.
Жан с Клодом там же повстречались,
Они друг с другом уж не знались,
Всё вспоминая, словно сон.

Да, друга Жан уж потерял.
Но что поделать – выбор сделан.
На что он шёл – прекрасно знал,
Что делал – тоже понимал
Своей душой и своим телом.

***

Тем временем слуга к Марине
Тихонько в двери постучал.
Сказал, что он от господина,
Слова сказал, о чём просили.
Письмо от Жана передал.
В письме том Жан просил прощенья –
Он чувствовал вину пред ней.
Нашло затменье, наважденье.
Всего лишь миг, всего мгновенье
Почувствовал сомненье в ней:

«Ты далеко, но я с тобою –
Ты в моём сердце, в моих мыслях.
Жизнь без тебя? – В ней нету смысла.
Мир без тебя? – В нём всё пустое.

Мы были рядом, пусть не долго, 
Но я был счастлив, словно в сказке.
Я пил вино любви и ласки.
Но вышел срок. Пришла дорога.

И вот один я, день на склоне, 
Целую образ твой прекрасный.
О, сколько б принесла мне счастья
Твоя рука в моей ладони.

Жаль, что слова сказать не в силах
Все, что хочу сказать душою –
Я виноват перед тобою.
Молю, чтоб ты меня простила!

Прости меня. Я в пылком чувстве,
Сказал, что в памяти терзает.
Но твоё сердце понимает,
Что не желаю тебе грусти.

Всего лишь миг. И половина
Меня, как будто бы пропала.
Но я хочу, чтобы ты знала – 
Я так люблю тебя, Марина!

Я не хочу ничто иное –
Иное будет просто стисло…
Жизнь без тебя – в ней нету смысла.
Мир без тебя – в нём все пустое».

«Спасибо, Боже! Он всё понял,
Не разлюбил меня мой Жан.
Он далеко, но он со мною.
Но только, лишь, душа всё ноет
За мой пред рыцарем обман».
 


                 ***

Вот рыцари прошли немало
И встретились они с врагом.
И битвы подошло начало.
Кто с луком шёл, а кто с кинжалом,
А кто к победе шёл с мечом.

Жан с Клодом, позабыв, что было,
Плечо к плечу шли, как всегда.
Гуляла смерть – людей косила.
От ужаса кровь в жилах стыла, 
Кто не был в битве никогда.

Друзья и братья погибали,
Но враг, ведь, тоже смертен был.
И кони, обезумев, ржали,
Мечи в крови в лучах сверкали…
И миг во времени застыл.

И вот стрела, летя в грудь Жану,
Всё набирала смерти ход.
И Жан смотрел. Глаза в тумане.
«Ах, как сейчас смерть не желанна…»
Закрыл собою друга Клод.

Стрела вонзилась прямо в шею,
И Клод, сражённый той стрелой,
Стал падать. Тело уж немеет.
Жан, устоять сил не имея,
Упал на землю головой.

И потерял своё сознанье.
А Клод был рядом уже мёртв.
Он не придёт уж на свиданье.
Успел подумать на прощанье
Лишь несколько последних слов:

«Мне уж не холодно, не жарко,
Не тяжело, и не легко.
Пусть всё прошло, но мне не жалко.
Всё, что любил я – далеко.

Нужна мне дверь, чтобы вернуться
Туда, откуда я пришёл…
Я умер. Мне уж не проснуться.
Я был вчера. И вот, ушёл.

Душа витает со мной рядом,
И смотрит сверху на меня.
Кому слеза, а кому радость,
А мне свеча с теплом огня.
Каким я был? Что скажут люди?
И что напишут на плите?
А может, завтра же забудут.
Портрет исчезнет в темноте.

И всё. Чему жизнь посвятил я?
Зачем спешил куда-то в даль?
Душа моя имеет крылья,
А тело о душе печаль».

                   ***

В саду Марина поливала
Цветы. К ней подошёл слуга её.
И от него она узнала,
Что мужа – Клода потеряла,
Но это, жаль, ещё не всё.

«Ещё погиб друг детства Клода,
Он был у нас. Тот рыцарь – Жан».
Темно везде, как будто кто-то,
Вдруг сбросил солнце с небосвода,
Нанёс ей в сердце много ран.

Марина плакала душою.
(Я сам не видел таких слёз).
«Хоть Жан на небе – но со мною.
Мы скоро встретимся с тобою!» 
О смерти думала всерьёз…

«Зачем мне жизнь, когда нет Жана?
Когда не будет его рук?
Жить в мире, где полно обмана,
И не быть с ним. Не быть желанной,
Не слышать его сердца стук».

Вдруг двери с шумом отворились,
И рыцарь Чёрный в них вошёл.
И сразу же глаза вонзились
В Марину, чьё так сердце билось,
И к ней тот рыцарь подошёл.

«Кто вы такой! И что вам надо?!
Зачем пришли ко мне домой?!»
Давленье шло из его взгляда,
Взор тот подобен взору ада:
«Пришёл забрать тебя с собой!»

Марину сильно он ударил,
И слуг к себе он подозвал.
Те, вынося её связали,
А дом её пылал в пожаре…
Был вскоре кончен «карнавал».

                  ***

Очнулся Жан в своей постели,
Не знал он, сколько дней прошло
С тех пор, когда летели стрелы.
С ним рядом слуги, лишь, сидели,
А Жану было тяжело.

«А где отец? Что с ним случилось?
Он заболел? Ну, где же он?!»
Но только слуги, лишь, молились.
У Жана сердце сильно билось,
Не мог понять он, дело в чём.

«Нам сообщили – Вас не стало…
Отец не смог снести потерю.
Он умер. Он ушёл с причала».
У Жана сердце закричало,
Таким словам он не поверил.

К отцу пришёл Жан на могилу
И положил ему цветы.
Сияло солнце так уныло.
Жан, сидя думал молчаливо.
«На что меня оставил ты?

Отец! Ну, как же так случилось?
Меня оставил одного.
Жизнь друга Клода закатилась.
Ах, если б время возвратилось…
Теперь со мною никого».

Была у Жана, лишь, Марина,
Её боялся потерять.
Всё рассыпалось, словно глина.
Вся жизнь – печальная картина,
Какую больно созерцать.

«А, может быть, Марина тоже
Меня оставила, уйдя.
И я совсем один. О, Боже!
Её хочу увидеть, всё же 
Жива надежда у меня»!

Слугу спросил он про неё.
Слуга сказал ему, что слышал:
«Пожар был. В нём сгорело всё.
На свете нет уже её…»
Всё остальное было лишним.

Жан стал старее на глазах,
И руки слабо опустились.
Огонь померк в его очах,
И жизнь вся превратилась в прах –
Все жизни ценности разбились.

Придя домой, корону взял,
Которую дарил Марине.
Он милый образ вспоминал,
И губы в мыслях целовал.
«Ах, больше нет её любимой».

Собрал Жан слуг всех и сказал:
«Я ухожу. Живите сами!»
Корону златую он взял,
Сел на коня и поскакал,
Под голубыми небесами.

Скакал, куда глаза глядят.
Без цели. Просто время тратил.
Уж всё равно – вперёд, назад.
Иль в Рай лететь, иль падать в Ад,
День или ночь ничто не значил…

Он долго ехал на коне.
Он встречу ждал. Жила в нём вера.
Жан лёг в траву в безлунной тьме.
И многое узнал во сне –
Пришла во сне к нему Венера.

«Жан, я пришла помочь тебе,
Я помогаю всем, кто любит.
Тебе открою я секрет:
На свете том Марины нет.
Зло на земле Марину губит.

Сейчас находится она 
Во власти Чёрного героя.
Пред вами выросла стена,
Но ты не стой. Любовь дана
Тебе. Иди и Бог с тобою».

Сказав слова, Венера скрылась.
И Жан проснулся в этот миг.
Пред ним картина повторилась,
Которая ему приснилась.
И в сердце вой тоски поник.

Сел на коня он, и помчался, 
Как никогда он был силён.
В нём гнев сильнее разрастался,
И радость, что он ошибался.
И снова рыцарь был влюблён !

       ***

Марина уж пришла в себя,
Увидев, что лежит в постели,
Подумала: «Где это я?
А где мой Жан, любовь моя?»
И вспомнила, что он потерян.

И пожалела, вдруг, она,
Что не погибла при пожаре.
Ведь жизнь ей больше не нужна,
Не будет милому жена –
Не быть с любимым Жаном в паре.
Тут двери с шумом распахнулись,
И Чёрный рыцарь в них вошел.
Смотрел он на Марину, хмурясь.
Она от взгляда отвернулась,
А он к ней ближе подошёл.

Она подняться захотела,
Чтобы подальше отойти,
Но шевельнуться не сумела – 
Приковано к постели тело.
…А он всё продолжал идти.

Марину побивала дрожь,
Когда он замахнулся плетью.
«Да, ты красива. Ну, так что ж.
Та в скором времени умрёшь.
Но ты умрёшь ужасной смертью!»

«Но что я сделала?! За что?!
Скажите, в чем я виновата?!»
А рыцарь посмотрел в окно,
И бросил её в лицо письмо –
Ей Жан писал его когда-то.

«Я брат был мужа твоего,
Все думали, что меня нет уж.
Что был казнён давным-давно,
Но уцелел – мне повезло,
Остался жить на белом свете.

Никто не знал, что я живой,
Лишь только Клод давал мне помощь.
Он был униженный тобой,
Но месть пришла к тебе со мной,
И ты в крови своей утонешь!»

И плеть ударила её.
Марина в боли закричала.
И кровью залилось плечо.
Но эта боль ещё не всё,
То было, только лишь, начало.

***

К утру добрался, наконец-то
Жан к морю. Замок впереди.
«Мне без неё нет в жизни места.
Ей плохо рвётся моё сердце»!
И жар пылал в его груди.

Жан тихо к замку подобрался,
И тихо внутрь его попал...
Противник сзади подобрался,
Увы, удар его удался,
И Жан, не выдержав, упал.

Доставили Марину в зал
И приковали крепко цепью.
Палач пред нею восставал,
Водой холодной обливал,
И снова бил Марину плетью.

Тут рыцарь Чёрный подошёл,
Рукой сдавил Марине горло.
«Ну, как, тебе здесь хорошо?
Быть может, хочешь ты ещё?!»
«Ты мне противен, рыцарь подлый!»

 «Ну ничего, поговори.
Да, у меня к тебе есть новость:
Хоть мы с тобою и враги –
Тебе мы друга привели!
Я подлый? Это, ведь, не подлость?

Уверен, рада ты ему.
Не умер он, но мы исправим!
Умрёте вы по одному!»
И Жана занесли в тюрьму,
При этом сильно избивали.

Тяжёлую надевши цепь,
Жан был прикованный за руки.
«Вы будете сейчас смотреть,
Как к вам обоим придёт смерть!
Ну что ж, начнём мы ваши муки!»

И прямо на глазах любимой 
Избили Жана до кровей.
Казалась пытка такой длинной.
Она кричала и молила:
«Молю тебя, его не бей!»

Но Чёрный рыцарь улыбался,
Печь приказал разжечь огнём.
Огонь сильнее разгорался,
И в пламени том раскалялся
Для пытки новой жёсткий лом.

Металл из чёрного стал белым.
И к Жану подошёл палач.
Вонзил он лом тот Жану в тело,
И тело от огня горело.
«Смотри! Ты глаз своих не прячь!»

Марина вся в слезах кричала,
Но Жан терпел такую боль.
В плече его зияла рана.
«Теперь мы всё начнём сначала,
Но только, милая, с тобой!»

Он подошёл к Марине близко,
Хотел он лом вонзить в неё.
Но Жан взбешён был уже слишком –
Цепь разорвалось с диким визгом,
И не болело уж плечо.

Лишь ненависть глаза слепила.
Схватил он близ лежащий меч.
И к палачу с ним подступил он,
И было в Жане много силы.
Он голову с его снёс плеч.

А рыцарь Чёрный стал взъярённый – 
Не ожидал он этот час.
Жан в руки взял лом раскалённый,
Которым раньше был прожженный,
И рыцарю вонзил он в глаз.

От муки адской тот скрутился.
От боли громко стал кричать.
Но вскоре он остановился –
Он с жизнью со своей простился…
Тут в двери начали стучать.

Жан сразу подбежал к Марине,
И цепь на ней он разорвал.
«Мы не расстанемся отныне.
Вдвоём доверим жизнь пучине –
Мы прыгнем в море», - он сказал.

И прыгнули в пучину вместе.
Летели, не пуская рук.
И снова, лишь вдвоём на свете,
Жан не пускал свою невесту.
Вернулось снова всё в свой круг.

Тела их море поглотило,
Но вскоре выплыли наверх.
И рядом с ними что-то плыло –
Влюблённым море плот дарило –
Ведь не помочь влюблённым грех.

И снова были они вместе,
И снова в них жила любовь.
Ушла в былое весть о смерти,
Ушли в мой стих былые вести.
И снова закипала кровь.

И поцелуй сильнее прежних,
Глаза полны от счастья слёз.
И дул в лицо им ветер свежий.
И вновь сбылись его надежды – 
Он ей корону преподнёс.

Марина слов не говорила – 
Не нужно было говорить.
Слова, увы, сказать не в силах, 
О том, что сердце говорило.
А тело жаждало любить.

Но после долгих испытаний
Они уснули крепким сном…
Не будет больше уж страданий,
И сбылись все уже желанья.
Но ждал ещё их новый дом.

Они проснулись свежим утром.
Их волны к берегу несли.
На брегу был дом безлюдный.
Они сошли на остров чудный –
На ОСТРОВ счастья и ЛЮБВИ.

Ну, вот и всё. Я завершил 
Рассказ о счастье и страданьях.
Все чувства снова пережил.
Раскаялся и согрешил…


Ну что ж Читатель, до свиданья!

Остров Любви. Часть Вторая. Любовь

Просмотров 16
Рейтинг автора 4.791 ?
Комментарии
Чтобы комментировать, нужно войти.
v3.02